Цитата дня:

Главной опасностью в жизни является то, что вы предпринимаете слишком много мер предосторожности.                                                                                                                                                                                                                         Альфред Адлер

Купер Арнольд "Невроз переноса: традиционное понятие уходит в прошлое"

 

 Арнольд Купер,

 Профессор Психиатрии, Рукводитель Отдела Психиатрии по вопросам обучения, Медицинского колледжа Университета Cornell; Директор отдела обучения клиники Payne Whitney, Нью-Йорк; преподаватель и супервизор Психоаналитического центра обучения и исследований, Columbia.


Совершенствование традиционной терминологии психоанализа является одной из важнейших задач психоаналитиков в настоящее время. Как я уже упоминал ранее (Cooper, 1986), бездумное употребление терминов, появившихся на раннем этапе развития  психоанализа, приводит к путанице и неразберихе в нашей науке. Термины, которые имели относительно ясный  смысл и обозначали, казалось бы, простые явления во времена «до-структурного» периода психоанализа, до появления современных достижений в области детского психоанализа (infant research), Эго психологии и теории объектных отношений, в настоящее время, в новых условиях, уже не имеют столь четкого определения. Более того, значительная часть нашего технического языка никогда не имела точных определений и была предложена Фрейдом с целью обозначить контуры важнейших явлений, с тем, чтобы в дальнейшем клинические исследования смогли прояснить их смысл и значение. Понятие невроза переноса и его неотъемлемой составной части – детского невроза, являются примерами подобного употребления терминов.

Термин невроз переноса (transference neurosis) для многих психоаналитиков стал неотделим от понятия психоанализа.

На очередном заседании Американской Психоаналитической Ассоциации (1981) на тему «Современные проблемы психоаналитической техники» Simons отмечал, что «невроз переноса, как пример объектных отношений сам по себе и как воспроизведение детского невроза,… по-прежнему является символом психоанализа; именно он отличает анализ от других видов психотерапии» (стр. 654-655).

Я думаю, точка зрения Simons выражает общепринятое мнение большинства психоаналитиков. К примеру, словарь (Moore & Fine, 1968) определяет невроз переноса как «необходимое терапевтическое средство (“indispensable therapeutic tool”).

      Коллегия по вопросам Профессиональных Стандартов Американской Психоаналитической Ассоциации в 1984 году, в новом издании «Стандартов Тренинга в Психоанализе», предписывает в качестве необходимого условия квалифицированного тренинга следующее: «Контроль супервизора в ходе тренировочного анализа должен продолжаться в течение длительного периода времени, достаточного для того, чтобы развитие невроза переноса, или значимых проявлений переноса (significant transference manifestations) было обнаружено и проработано… .» Если мы имеем недостаточно четкое представление о том, что такое невроз переноса и идентичен ли он «значимым проявлениям переноса», то данные инструкции могут вызвать трудности в использовании и произвольное толкование.

Если отличие психоанализа от других форм терапии зависит от наличия или отсутствия невроза переноса, то клиническое описание невроза переноса должно быть четким и легко узнаваемым. Неопределенное или расплывчатое использование психоаналитической терминологии могло бы быть приемлемо и даже полезно в случае стимулирования новых идей или расширения недостаточно изученных концепций, но оно нежелательно как форма клинического описания. В связи с этим я бы хотел рассмотреть различные определения невроза переноса и выяснить, что отличает его от интенсивной формы переноса. Я полагаю, что в своих поисках четкого определения невроза переноса, спустя 60 с лишним лет после концептуализации Фрейда, мы еще более далеки от положительного результата, чем когда бы то ни было.

Лапланш и Понталис (LaPlanche и Pontalis) (1973, стр. 462-464) определяют невроз переноса как «искусственный невроз, при котором происходит организация переноса». Они называют его «новой версией клинического невроза» и цитируют Фрейда (Remembering, Repeating and Working Through, стр. 154):

 «Если  пациент принимает условия анализа, нам удается придать симптомам заболевания новый, переносный смысл и заменить обычный невроз «неврозом переноса», который может быть преодолен благодаря терапевтической работе». [Далее они продолжают]. Разница между реакциями переноса и самим  неврозом переноса заключается в том, что при неврозе переноса  патологическое поведение пациента ориентируется вокруг его отношения к аналитику.

Фрейд считает появление невроза переноса позитивным фактором в динамике лечения: «Новые условия полностью овладевают течением заболевания; но это искусственное заболевание, в котором на любом этапе допустимо наше вмешательств».

С этой точки зрения, следующая модель развития является идеальной моделью лечения: клинический невроз трансформируется в невроз переноса, обнаружение которого способствует раскрытию инфантильного невроза.

Следует, однако, отметить, что позднее Фрейд (1920, стр. 18-19) выдвигает менее прямолинейную точку зрения, указывая на тенденцию к навязчивому повторению, он предостерегает от опасности выхода ситуации из-под контроля: «Задача терапевта – удерживать невроз переноса в определенных рамках – способствовать как можно более глубокому  погружению в детские воспоминания и допускать как можно меньше повторений …Терапевту не следует лишать (spare) пациента этой стадии лечения. Он должен позволить ему вновь получить порцию забытых воспоминаний из прошлой жизни, но при этом обязан следить, чтобы пациент сохранял определенную степень отчужденности (равновесия), которая позволит ему, несмотря ни на что, признать, что кажущаяся реальность, на самом деле является лишь отражением забытого прошлого».

Это определение послужит основой для дальнейшего прояснения проблемы. Но прежде я хотел бы обратить внимание на один аспект в определении Фрейда, который редко упоминается в дискуссиях. Фрейд недвусмысленно утверждал, что невроз переноса, в значительной степени, должен оставаться в сфере воспоминаний - не повторений (воспроизведений); даже внутри одного аналитического сеттинга. Он подчеркивал необходимость поддерживать наблюдающее Эго (observing ego) пациента в переносе, чтобы он осознавал: то, что он вспоминает или проживает вновь, - «на самом деле – лишь отражение  забытого прошлого». Gill (1982), напротив, преувеличивает значение аффективного переживания переноса. Он отводит ему целительную роль в психоанализе и делает меньший акцент на когнитивном компоненте. Gann (1984) идет еще дальше: он считает, что появление регрессивного симптома является признаком желаемого развития невроза переноса.

Glover (1955) предупреждал о проблемах, сопутствующих явлению невроза переноса. Он писал (стр. 123):

 Так много проблем и неясностей связано с этим явлением, что даже опытному аналитику иногда бывает трудно избежать искаженного толкования или, что еще более досадно, попыток оправдать возникающие трудности, догматически цепляясь за малочисленные расплывчатые обобщения или некие практические исследования. Психоанализ, как и многие другие науки, подвержен влиянию моды …. В последнее время в нашей стране [Великобритании], например, стал  популярен фетишистский подход к проблеме  переноса, в то же  время, термин «невроз переноса», с его теоретическим и практическим подтекстом, постепенно устаревает и  выходит из употребления.

Glover придавал исключительное значение неврозу переноса: «Невроз переноса непосредственно связан с процессом симптомообразования (symptomformation) » (стр.122). Он раскрывает «природу и процесс развития детских объектных отношений» (стр.121). Однако Glover пытался доказать, что «невроз переноса (transference-neurosis) может проявляться в типичной форме только в рамках переносного невроза (transference neuroses) , истерии, конверсии и навязчивых состояний ….  Мнение о том, что классический невроз переноса развивается во всех случаях, -  не только теоретически маловероятно, но и противоречит практическим наблюдениям» (стр.114). В качестве примера он приводит расстройства характера и семейные проблемы - самые животрепещущие вопросы современной аналитической практики, где невроз переноса может не развиваться. «Можно утверждать, что затянувшийся анализ без признаков невроза в подобных случаях как раз и будет свидетельствовать о наличии невроза переноса; но к такому выводу можно прийти лишь в результате тщательного самоанализа со стороны аналитика» (стр.114). Таким образом, Glover как будто утверждает, что анализ может быть успешным и в отсутствие невроза переноса.

Glover убежден, что невроз переноса можно рассматривать как одно из проявлений переноса и что, на самом деле, он является результатом интерпретации переноса, цель которой – воссоздание эдиповой ситуации. Кроме того, Glover приводит признание Фрейда о том, что невроз переноса может привести к тупиковой ситуации и стать препятствием на пути раскрытия детского невроза.

Из блестящего, и по-прежнему актуального,  исследования Glover я делаю вывод, что он, придавая особое значение неврозу переноса, не отождествлял факт его наличия с успешным анализом, так как невроз переноса не всегда имеет место. Не меньшее значение для успеха анализа он придавал интерпретации рабочего переноса, несмотря на отсутствие в этом анализе невроза переноса. Glover подчеркивает, что невроз переноса является одним из этапов анализа, на котором фокусировка переноса на аналитике становится основной аналитической работой. Цель этой работы - выявление и разрешение детских эдиповых конфликтов, однако вся польза ее, по существу, ограничивается неврозом переноса, который, даже во времена Glover, встречался редко. Он не поддерживал Фрейда в его определении невроза переноса как нового образования, включающего в себя совокупность всех неврозов пациента. Например, анализ расстройства характера может происходить и в отсутствие невроза переноса, и Glover сомневается в том, что невроза переноса необходим для понимания природы невроза. В конечном итоге Glover, скрепя сердце, в результате своих клинических исследований, усомнился или в корне изменил мнение об основных положениях этой концепции, которым Фрейд придавал большое значение. Замечу еще, что Fenichel (1941) вообще не разграничивал понятия невроза переноса и переноса в общем смысле.

Greenson (1967) также провел большое исследование невроза переноса, он считал его важнейшим этапом анализа. По его мнению, первые слабые переносные реакции, о которых писал Glover, могут перерасти в невроз переноса при условии, что аналитик сохраняет нейтральную позицию и поддерживает умеренно благоприятную атмосферу анализа. «Неврозы переноса [выделено мной] позволили мне обнаружить и проработать конфликты пациента в реальной жизни». Greenson имеет в виду, что невроз переноса - это скорее совокупность интенсивных переносов, нежели единичное явление. Greenson пытается разграничить ранние слабые переносы, о которых писал Glover, и невроз переноса: «Клинически развитие невроза переноса проявляется в усилении интенсивности и продолжительности озабоченности пациента личностью аналитика и аналитическим процессом. Анализ и аналитик занимают теперь основное место в жизни пациента. Не только симптомы пациента и его инстинктивные потребности вращаются вокруг аналитика, но и старые невротические конфликты вновь мобилизуются и фокусируются на аналитической ситуации» (стр. 184). «В неврозе переноса пациент повторяет с аналитиком свои прошлые неврозы. Благодаря умелому обращению и интерпретации мы надеемся помочь пациенту снова пережить и в конечном итоге вспомнить или реконструировать свой детский невроз. Понятие невроза переноса включает в себя больше, чем невроз младенческого возраста (infantile neurosis), так как пациенту приходится вновь проживать также и более поздние варианты своего детского невроза (childhood neurosis)» (стр.185).

Greenson согласен с Фрейдом в том, что обычный невроз пациента «замещается» неврозом переноса. Он также согласен с Анной Фрейд (1955), считавшей, что только такая схема может называться неврозом переноса. Однако в своих более поздних работах он сам себе противоречит: «Возникает один вопрос относительно того, в какой степени невроз переноса замещает обычный невроз пациента. В моей практике были случаи, когда определенные аспекты невроза пациента переносились на некую фигуру во внешней жизни пациента, которая в дальнейшем выступает как дополнительная фигура переноса» (стр.188). Greenson также осознает, что невроз переноса может завести в тупик и стать препятствием в раскрытии инфантильного невроза.    

Говоря о неврозе переноса во множественном числе и выводя границы его происхождения за рамки инфантильного невроза, и в то же время признавая, что невроз переноса не является центром внимания невроза пациента, Greenson, как и Glover, отказывается от первоначального определения невроза переноса и вместо этого дает яркое описание функционирования в анализе переноса в общепринятом смысле.

Еще один взгляд на проблему невроза переноса представляет Loewald (1971, стр. 308-312). Он пишет: «Попытки обнаружить или стимулировать невроз переноса слишком часто приводят лишь к фрустрации или скептицизму со стороны начинающих аналитиков, а также тех, кто пытается обнаружить его у своих пациентов». Он приводит примеры, когда невроз переноса проистекает «не только и не столько из инфантильного невроза, возникшего  из сгустка эдиповых проблем, сколько из-за недостаточности и искажения в развитии эго, предшествующих эдипальной стадии, а также вследствие развития классического невроза…» (стр.308).  Тем не менее, он считает, что  «… понятие невроза переноса не потеряло свою значимость». Он поясняет, что его новое определение невроза переноса, который он относит к невротическим расстройствам характера (character neuroses), отличается некоторой «завуалированностью», так как «проявляющиеся на ранней стадии проблемы доэдипального периода и расстройства в развитии эго настолько  сильны, что затмевают развивающийся невроз переноса» (стр.308).

Яркое описание  использования термина невроза переноса, которое предлагает Loewald, является значимым по нескольким причинам. (1) Он рассматривает невроз переноса как «идеальную конструкцию», а не как клиническое явление. (2) Он подчеркивает, в отличие от Фрейда, что возникновение невроза переноса дает возможность понять прошлое, при этом оно имеет терапевтический эффект, так как позволяет, прежде всего, развить новые формы объектных отношений, а не только высветить инфантильные конфликты. (3) Инфантильный невроз не всегда является источником невротических проблем, представляющих интерес для исследования. (4) Так же как Glover и Greenson, он считает, что для успешно проведенного анализа не обязательно наличие невроза переноса.

Loewald особо отмечает важность взаимодействия аналитика и пациента, способность аналитика реагировать на непроизвольные ожидания пациента. Он говорит о совершенно новых взаимоотношениях, установившиеся между ними ради одной единственной цели – помочь пациенту преодолеть свое нервное заболевание. На мой взгляд, Loewald дал прекрасное описание именно процессу анализа, а не неврозу переноса, в том смысле, в каком Фрейд представлял себе это, делая особый акцент на концентрации невроза в переносе и на раскрытии инфантильного невроза .Очевидно, что Loewald не сосредотачивается на проблеме инфантильного невроза, вместо этого он обращает внимание на овладение аналитиком новыми формами реагирования (responsiveness) на объекты, которые в новых условиях по-новому воспринимаются.

Gill (1982) в статье, посвященной роли переноса в анализе, указывает на «значительные разногласия среди аналитиков относительно того, является ли невроз переноса необходимым условием успешного анализа … Нам важна интерпретации переноса, а не невроза переноса.” (стр. 77). Gill пишет, что аналитики единодушны в том, что перенос является неотъемлемой частью анализа и что интерпретация переноса необходима, независимо от того, занимает ли невроз переноса центральное место в анализе или нет. Он считает, что «… появление невроза переноса означает, что перенос, связанный с инфантильным неврозом, начинает проявляться, а не то, что переносные реакции могут доминировать над ассоциациями пациента только в условиях невроза переноса» (стр.79). Gill сводит определение невроза переноса к производным от инфантильного невроза. Он подчеркивает: наличие невроза переноса не играет особой роли, при условии, что переносные реакции присутствует в анализе (как в форме желаний, так и в форме защиты) и являются центральными в аналитической работе. Gill говорит: “Мы можем сделать вывод, что невроз переноса знаменует такую стадию анализа, когда переносное сопротивление становится основным фактором искажения» (стр.71). Это определение невроза переноса отличается от определения Фрейда, оно более расплывчато и неконкретно.

Gill утверждает, что его трактовка невроза переноса включает все аспекты его развития и что,  на самом деле, невроз переноса меняется в зависимости от жизненного этапа пациента, и, таким образом, отражает структуру психики в данный, конкретный момент. Понимание психической структуры именно «здесь и сейчас» - вот, что представляется наиболее важным. Отслеживание его пути из младенчества (infantile route) является вторичным, если вообще представляет какой-либо интерес.

Данный обзор ведущих авторов, рассматривавших проблему невроза переноса в течение последних 30 лет, демонстрирует удивительное единодушие. (1) Каждый из них пытается сохранить концепцию. (2) Каждый признает, что невроз переноса не является необходимым условием успешного анализа. Он не только не является необходимым в лечении, но и может привести к безвыходному положению и аналитическому провалу. Wallerstein (1986, стр. 278) открыто пишет о неврозе переноса как об источнике тупиковой ситуации. (3) Существует общее мнение, что формирование невроза переноса не отражает совокупность невротической жизни пациента внутри анализа. Экстра-переносная интерпретация (extratransference interpretation)  по-прежнему играет важную роль для многих аналитиков. В некоторых случаях формирование интенсивного переноса действительно сопровождается уменьшением проблем пациента во внеаналитических ситуациях, но это не всегда так, и интенсификация невроза переноса может привести к отыгрыванию или проигрыванию (Stern, 1981). В первом случае пациент будет пытаться реализовать вне анализа то, что не приносит удовлетворения в анализе, во втором – пациент представляет в искаженном виде свою жизнь вне анализа и перестает искать удовлетворение, он начинает получать его внутри аналитической ситуации. Таким образом, невроз переноса не всегда вписывается в определение Фрейда (как включающее в себя всю совокупность невротических пристрастий пациента).

Возвращаясь к обзору статей, отметим, что (4) все авторы единодушны в том, что невроз переноса обнажает наиболее глубокие слои невротических желаний и фантазий пациента. (5) Некоторые считают, соглашаясь с Фрейдом, что невроз переноса является выражением инфантильного невроза. Но это утверждение неубедительно, так как инфантильный невроз не является основным или единственным источником невротических проблем, которые приходится решать современному психоанализу. (6) Glover и Loewald предостерегают от клинических и педагогических ошибок, которые могут возникнуть из-за расплывчатости клинического определения понятия.

Клинические исследования, похоже, привели к отрицанию всех аспектов определения невроза переноса, предложенного Фрейдом. А то, что осталось, по словам Loewald, - это идеальная конструкция, которая описывает психоанализ в целом. Все авторы сходятся в том, что анализ отличается особой эффективностью от других форм терапии, именно благодаря фокусировке на интенсификации переноса, вызванной интенсивностью лечения; благодаря изучению нового опыта взаимодействия с новым объектом и фокусировке на интерпретации переноса. Когда терапевтический процесс интенсивен, мы назовем его неврозом переноса. Все вышеперечисленное может служить количественной характеристикой невроза переноса. Следует избегать попыток создать категории для качественной оценки. Иногда трудно определить, имеет ли место невроз переноса в анализе или нет. Мы можем только попытаться описать интенсивность переноса в каждом конкретном случае.

В то время как вышеназванные авторы высказывались по тому или иному пункту определения невроза переноса, Brenner (1982) предлагает упразднить термин вообще.  Говоря о модели «формирования драйва-защиты-компромисса» (“drive-defense-compromise formation”), как о сути всей аналитической теории и техники, он называет термин невроз переноса тавтологией, а само понятие – анахронизмом. «Проявление переноса в динамическом плане не отличается от невротического симптома. Называя симптом невротическим или называя всю совокупность переносов неврозом, мы лишь прибавляем слово, не добавляя значения. Понятие переноса вполне  достаточно. Расширяя термин до «невроза переноса» мы ничего нового не приобретаем» (стр. 203). Хотя моя система взглядов не совпадает с Brenner, но данное заключение я поддерживаю.

Поскольку много внимания уделяется особенностям рекапитуляции инфантильного невроза в неврозе переноса, эта тема заслуживает отдельного рассмотрения. Это понятие в последнее время стало слишком сильно «потрепано». Интересно, что LaPlanche and Pontalis совсем убрали этот термин из обращения, не пытаясь даже дать ему определение, хотя он занимает центральное место в их описании невроза переноса. Gill также использует термин “инфантильный невроз» в качестве критерия отличия невроза переноса от переноса, но не дает ему определения. Многие авторы пытаются сохранить суть явления, относя его к конфликту эдиповой фазы, из которого затем появляется симптом невроза (symptom neurosis). В этом смысле инфантильный невроз вряд ли имеет отношение к неврозу характера – фундаменту современного психоанализа.

Tolpin (1970) считает инфантильный невроз метапсихологическим понятием, а не возрождением во взрослом возрасте клинического феномена, соответствующего эдипальной стадии. Она считает, что любой невроз во взрослом возрасте имеет в корне конфликт эдипальной стадии, то есть инфантильный невроз. Но у нас нет достаточных клинических подтверждений этому. Кроме того, мы не можем наблюдать или воспроизводить настоящий эдипальный конфликт. Blos (1972) соглашается с этим мнением и добавляет, что взрослый невроз формируется в позднем подростковом возрасте. Greenson говорит о множественном числе инфантильных неврозов, зародившихся в до-эдипальной стадии и раскрывающихся в ходе аналитической работы. Если утверждение, что невроз переноса является рекапитуляцией инфантильного невроза, означает лишь, что ранние невротические конструкции повторяются в переносе, то невроз переноса ничем не отличается от любого другого переноса, так как все аспекты переноса включают повторение ранних конструкций. Если мы имеем в виду, что инфантильный невроз – это именно эдипальный конфликт, который был вытеснен и который в новой версии распускается в рамках невроза переноса, тогда мы опираемся на старую модель невроза, которая не соответствует современному взгляду на характер. Emde (1981) считает, что мы заблуждаемся, воспринимая любое взрослое невротическое проявление как повторение инфантильного конфликта.

Многие аналитики считают, что процесс психоанализа – это гораздо больше, чем просто вспоминание, повторение и проработка инфантильного невроза. Сделать бессознательное сознательным - это лишь часть аналитического процесса, а не суть его.

С точки зрения объектных отношений, перенос выявляет формы неосознаваемых отношений между Эго и объектом, а также природу желаний индивида, часть из которых может быть инфантильными, остальные (пусть даже самые примитивные) – не инфантильными. Как указывают Emde (1981) and Blos (1972), не все примитивное является инфантильным. Поэтому термин «инфантильный невроз» является метафорой, связанной с примитивным мышлением и не может использоваться для обозначения особой формы переноса.

Anna Freud, (1971) отделяет понятие инфантильного невроза, предложенного Фрейдом, от современного (стр.88):

Не всякая детская психопатология принимает формы инфантильного невроза…

Аналитики имеют неоднозначный взгляд на инфантильный невроз. С одной стороны, мы относим его к психопатологии и знаем, что он может иметь тяжелые формы и последствия. С другой стороны, мы знаем, что он имеет место в детском возрасте многих людей, которые в дальнейшей жизни успешно адаптировались…

 Anna Freud считает, что классическое определение инфантильного невроза может подойти лишь небольшой группе современных пациентов. То, что мы реконструируем у наших пациентов, по ее мнению, лежит «за пределами инфантильного невроза» (1971, стр. 88). Мы анализируем эти области психопатологии не путем простого выявления вытеснений, а при помощи многочисленных исследований, составляющих терапевтические действия психоанализа, которым мы до сих пор пытаемся дать определение.

     Психоаналитическая техника, в том числе техника детского анализа, была изначально создана применительно к неврозу как таковому, то есть к состоянию внутреннего конфликта, когда Эго нуждается в помощи, с тем, чтобы расширить границы своего влияния. Эта помощь могла быть осуществлена путем интерпретации бессознательных элементов. В наше время амбиции терапевта переходят границы конфликта. Они охватывают весь круг неблагоприятных внутренних и внешних факторов (пороки, нарушения, лишения…) и нацелены на исправление их последствий. (Freud, A., 1971, pp. 89-90).

Термин «инфантильный невроз «достался нам по наследству» от раннего этапа развития психоанализа. Фрейд рассматривал его как группу отдельных специфических конфликтов (Cooper, 1987), каждый из которых имеет определенные невротические последствия. Современные психоаналитики воспринимают психику как более органическую иерархическую структуру, в которой конфликты, а также структурные дефициты и деформации эго влияют на адптацию к внутренним и внешним условиям окружающей среды объекта. Невротическое поведение и симптомы указывают не только на конфликты, но и на искаженные интернализированнные объекты (distorted internalized objects) и общие патологические взаимоотношения с этими объектами, которые затем проектируются на окружающую обстановку.

Уникальность и сила переноса – суть психодинамического мышления. Для Фрейда понятие невроза переноса был необходимой конструкцией, когда он обнаружил удивительную способность человека к переносу, ее последствия и особую интенсивность, которую она приобретала в психоанализе. Особые характеристики, которые выделял Фрейд, чтобы отличать невроз переноса от других форм интенсивного переноса, похоже, не выдержали проверку временем и клиническими исследованиями. По мнению Loewald, невроз переноса  и есть психоанализ. Другие ученые добавляют, что невроз переноса – это часть любой динамичной интерпретативной терапии, где развивается регрессивный зависимый перенос.

Wallerstein говорит о пациентах психоаналитической терапии как о «приобретающих неразрешимый невроз переноса» (1986Ю стр.404). Это определение расплывчато, кроме того, многие приверженцы концепции признают, что невроз переноса не является неотъемлемой частью психоанализа. Подлинный анализ происходит в отсутствие каких-либо признаков того, что мы называем неврозом переноса. Более того, распознаваемый невроз переноса менее всего прогнозируем в подобных случаях – в случаях невроза характера, самой распространенной проблемой сегодняшней аналитической практики. Конечно, это не идет на пользу психоаналитикам - бросать тень сомнения на свою работу. Мы не можем согласиться с Weinshel (1971,стр.86) или Simons в том, что невроз переноса является основой психоаналитической теории и техники, т.к. это бы привязало уникальную ценность психоанализа, в лучшем случае, к идее клинической нестабильности и, в худшем - к тому, что этот метод переживает исторический процесс угасания. Brenner заявляет прямо: «Настоящий невроз переноса – это термин, независимо от смысла, приписываемого ему, который должен исчезнуть из словаря психоанализа» (1982, стр.205). 

Попытки усовершенствовать термин в течение полувека принесли богатые плоды психоанализу. Теперь мы имеем отточенное понимание аналитического процесса; перенос воспринимается как новая схема отношений пациента и аналитика, новые уникальные взаимоотношения открывают огромные возможности для совершенствования, реорганизации интрапсихических способов разрешения конфликта.

Вернемся к тому, с чего я начал. Если традиция описывает невроз переноса и его спутника, инфантильный невроз, как отличительный признак психоанализа, и наши исследователи не согласны с этим, то необходимо предпринимать какие-то меры. Конечно, трудно отказываться от привычного термина, служившего нам верой и правдой и вызывающего такие замечательные ассоциации, но время берет свое. Leon N. Cooper, физик, лауреат Нобелевской премии, сказал:

Спустя сорок лет физика вряд ли будет иметь ту же форму и находиться в том же положении, что мы имеем сейчас. Мы можем не без оснований предполагать, что современные понятия выйдут из обихода и будут заменены новыми, совершенно неожиданными. Вся беда в том, что мы пытаемся сохранить понятия, идеи, дорогие нам, но совершенно  не нужные науке для построения новых теорий. Но наука строга, она не допускает никаких лишних, ненужных предположений.[1980,стр.1-18].

Наша психоаналитическая клиническая теория должна руководствоваться теми же принципами. Мы в ответе перед нашими пациентами и обязаны мыслить четко. Мы должны признать, что термин «невроз переноса» потерял свою значимость и попытки усовершенствовать его не проясняют наше видение проблемы. Необходимо оставить это понятие. Это не означает, что мы перестанем воспринимать психоанализ как уникальное терапевтическое явление; более того, это не освобождает нас от еще более тщательного и глубокого изучения его природы.

References

Blos, P. (1972). The epigenesis of the adult neurosis. Psychoanal. St. Child, 27: 106-135. [→]

Brenner, C. (1982). The Mind in Conflict. New York: Int. Univ. Press.

Cooper, A. M. (1986). Psychoanalysis today: New wine in old bottles. Presented to The American Psychiatric Association Annual Meeting, Washington, D.C.

Cooper, A. M. (1987). On Freud's “Analysis terminable and interminable. Int. Psychoanal. Assn. Educational Monogr. 1. London: International Psychoanalytic Association, pp. 127-148.

Cooper, L. N. (1980). Source and limits of human intellect. Daedalus, pp. 1-18. Spring.

Emde, R. N. (1981). Changing models of infancy and the nature of early development: Remodeling the foundation. J. Amer. Psychoanal. Assn., 29: 179-220. [→]

Fenichel, O. (1941). Problems of Psychoanalytic Technique. Albany, New York: The Psychoanalytic Quarterly. [→]

Freud, A. (1955). The Psychoanalytic Treatment of Children. New York: Int. Univ. Press.

Freud, A. (1971). The infantile neurosis: Genetic and dynamic considerations. Psychoanal. St. Child, 26: 79-90. [→]

Gann, E. (1984). Some theoretical and technical considerations concerning the emergence of a symptom of the transference neurosis: An empirical study. J. Amer. Psychoanal. Assn., 32: 797-830. [→]

Gill, M. (1982). Analysis of Transference. Vol. I. New York: Int. Univ. Press.

Glover, E. (1955). The Technique of Psycho-Analysis. New York: Int. Univ. Press.

Greenson, R. R. (1967). The Technique and Practice of Psychoanalysis. New York: Int. Univ. Press.

LaPlanche J. & Pontalis, J-B. (1973). The Language of Psychoanalysis. New York: Norton.

Loewald, H. W. (1971). The transference neurosis: Comments on the concept and the phenomenon. In Papers on Psychoanalysis. New Haven: Yale Univ. Press, 1980, pp. 302-314.

Moore, B. E. & Fine, B., eds. ( 1968). A Glossary of Psychoanalytic Terms and Concepts, revised ed. New York: American Psychoanalytic Association.

Panel (1981). Contemporary problems of psychoanalytic technique, R. C. Simons, reporter. J. Amer. Psychoanal. Assn., 29: 654-655. [→]

Stein, M. H. (1981). The unobjectionable part of the transference. J. Amer. Psychoanal. Assn., 29: 869-892. [→]

Tolpin, M. (1970). The infantile neurosis: The metapsychological concept of a paradigmatic case history. Psychoanal. St. Child, 25: 273-305. [→]

Wallerstein, R. (1986). 42 Lives in Treatment. New York: Guilford Press.

Weinshel, E. N. (1971). The transference neurosis: A survey of the literature. J. Amer. Psychoanal. Assn., 19: 67-88.

 
 

Новости

набор 2018-2021

ОДЕССКОЕ ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВО  ОДЕССКИЙ ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ    Обьявляет набор на 2018-2021 гг обучения    В программе обучения: • История возникновения и развития психоанализа  • Теория психоанализа (психология влечений З.Фрейда, Эго-психология, теория М.Кляйн, теория обьектных отношений М.Маляр, психология ... узнать подробнее...

псиКлуб 10_18

News image

узнать подробнее...

диско клуб Диссоциация 10/2018

News image

  Уважаемые друзья, приглашаем вас посетить очередное заседание нашего Дискуссионного клуба,    19.10.2018, в 18.00  ул.Пушкинская 32,оф. 39.     Для обсуждения предлагается статья М.Хирша «Телесная диссоциация как последствие травмы» 20... узнать подробнее...

Пси клуб 29.09.18

News image

узнать подробнее...

Киноклуб 28.09.18

News image

Одесское Психоаналитическое общество приглашает на киноклуб 28 сентября     в 18.00 по адресу: ул. Пушкинская 32,оф.39. на просмотр и обсуждение фильма: Фильм Она     Премьера: 2016 г. (США) Режиссер: Пол Верховен Автор идеи: Филипп ... узнать подробнее...

Дискуссионный клуб 14 09 18

    Дорогие коллеги, будем рады встрече с вами на первом в этом учебном году заседании нашего Дискуссионного Психоаналитического клуба,     которое состоится в пятницу,14 сентября, в 18.00 по адресу:   Пушкинская 32, оф.39, ... узнать подробнее...

otto kernberg 2018

News image

узнать подробнее...

Трансформационный тренинг "Магия возрожд

News image

узнать подробнее...

Женщина 21 века. Семейное, социальное, с

News image

Одесский форум - Мир без войны. Психология и консультирование. 29-30 апреля 2017 в Одессе. В этом году участники форума обсудят женскую тему: “ЖЕНЩИНА 21 ВЕКА. СЕМЕЙНОЕ, СОЦИАЛЬНОЕ, САКРАЛЬНОЕ” Сегодня женщина все активнее включена в соци... узнать подробнее...